2631

8 октября 2023 г.

Александр Крамаренко, директор ИАМП Дипакадемии МИД России, Чрезвычайный и полномочный посол


Перспектива членства Украины в Евросоюзе: о чем речь?

На днях на встрече ЕС в Гранаде, куда пригласили Зеленского, явно обсуждался вопрос о европерспективах Украины. Видимо, ни о чем не договорились - иначе не уклонялись бы от встречи со СМИ по ее итогам. О сложности вопроса можно судить по перепалке Ш.Мишеля с У.фон дер Ляйен: на каком основании первый заявил в свое время о том, что Украина окажется в Евросоюзе уже в 2030 году?

Одновременно Президент В.Путин заявил на «Валдае», что Москва никогда не возражала и не возражает сейчас против приема Киева в ЕС. То есть несмотря на враждебную позицию Брюсселя, участвующего в тотальной экономической войне против России. Это - проблема самого Евросоюза. И с этим нельзя не согласиться.

Если Украина будет принята в ЕС, то на плечи европейцев падет бремя постконфликтного восстановления этой страны. Это будет делаться за счет фонда регионального развития, значит, пострадают все восточноевропейские члены ЕС, которым тогда нет смысла поддерживать прием Украины в Союз.

Вопрос и в том, что и зачем восстанавливать. Ни сельское хозяйство Украины, ни ее промышленность, от которых мало что останется, не нужны Евросоюзу. Чем тогда ей жить? Вечно на социалке от партнеров по ЕС? Конечно, это дешевле, чем принимать у себя украинских беженцев. Но вспомним, что к Соглашению об ассоциации в 2013 году Брюссель приложил Соглашение о создании всеобъемлющей и глубокой зоны свободной торговли с Украиной, что предполагало, что жить она будет за счет торговли с Россией. Словом, политически - с Европой, а экономически (пресловутые «денежки») - врозь. Такой цинизм и вызвал возмущение в Москве. Так что в этом плане ничего не поменялось.

Другой момент, уже напрямую связанный с исходом СВО. Ясно, что территориально Украина уже будет иной и ей не удастся сохранить - вопреки логике десоветизации - свои советские границы, они будут постсоветскими. После подобной национальной катастрофы, в которую ее ввергло собственное правительство при поощрении западных элит, не все регионы захотят остаться в составе Украины. В случае с поражением нацистской Германии решали не сами немцы, а союзники. А тут решать будут сами жители этих регионов. К тому же нельзя исключать и территориально-политического переустройства Западной Украины странами-соседями, против чего Москве нет смысла возражать при условии их демилитаризации, денацификации и военно-политической нейтрализации, изъятия из пространства НАТО.

Поэтому наиболее сложной политической проблемой будет принятие Украины в ее новых границах. Для этого их придется сертифицировать как международно-признанные, то есть побуждать Киев не к перемирию, а к полноценному мирному договору с Россией.

Эти «рытвины» на пути Украины в ЕС - лишь слабая иллюстрация того принципиального факта, что Украина может существовать в качестве независимого государства лишь при наличии дружественных отношений с Россией. Это признавал даже Зб.Бжезинский, который считал, что так Россия не сможет возражать против украинской независимости и никогда не восстановит свой статус глобальной державы. Но без него у демократов произошел стратегический «перебор», возобладало то, что мы когда-то называли волюнтаризмом: администрации Обамы и затем Байдена забыли про это и превратили Украинский кризис в нечто противоположное, как минимум, в одно из средств утверждения Россией своего естественного статуса одной из ведущих мировых держав, разрушения Европы и самого западного альянса.