2564

11 сентября 2023 г.

Европейская комиссия (ЕК) грубо нарушает права человека.

Напомню, ЕК истолковала статью 3i Регламента 833/2014 (которым ранее было введено эмбарго в отношении России за действия на Украине) как распространяющуюся на физических лиц и перемещение товаров в личных целях. С точки зрения ЕК, провоз личных вещей квалифицируется как «запрещенный импорт».

Европейские институты опустились вплоть до того, что разрешили конфисковывать любые вещи: от автомобилей и смартфонов до шампуней и туалетной бумаги (по приложению XXI Регламента).

При этом ЕК ещё пытается отмыться, дескать, толкование не имеет юридически обязательного характера, а таможенные органы государств ЕС сами определяют как исполнять санкции.

С моей точки зрения, в этой ситуации оторвавшиеся евробюрократы допустили целый ряд юридических ошибок, а это повод уже для более серьезных разбирательств.

Прежде всего, в тексте статьи 3i Регламента 833/2014 говорится лишь о тех о товарах, которые «производят существенные доходы для России». Очевидно, что данная норма в принципе не должна применяться по отношению к личному имуществу граждан.

Во-вторых, согласно статье 296 ДФЕС 1957 г. правовые акты ЕС должны быть мотивированными и содержать конкретные ссылки. Существуют выработанные самим же ЕС критерии применения ограничений, а именно: доказательство связи конкретного человека с властями и действиями на Украине, соблюдение процедуры, соответствие обстоятельствам, непревышение полномочий и др. Под влиянием прецедента Кади (ECJ, Case C-415/05) Суд ЕС требует от исполнительных органов обосновывать применение санкций. Ничего из этого в случае с массовым распространением санкций на россиян выполнено не было.

В-третьих, в статье 17 Хартии ЕС об основных правах записано следующее: «Никто не может быть лишен своей собственности иначе как ради общественной пользы, и со своевременной выплатой справедливой компенсации за ее утрату».

Отбирая имущество российских граждан, таможенные органы нарушают принцип пропорциональности и запрета дискриминации (статья 21 Хартии ЕС). Суд ЕС в своей прецедентной практике неоднократно анализировал вопрос, «действительно ли Регламент преследует цель общественного интереса, или же он просто приводит к непропорциональному и недопустимому вмешательству в права владельцев, посягающему на саму суть права собственности» (ECJ, Case С-44/79).

Было бы разумным с помощью правозащитных организаций инициировать иски в защиту россиян и донести эту позицию в люксембургском Суде ЕС.

Европейские органы в очередной раз нарушают правила своей же правовой системы, однако на этот раз создается еще более опасный прецедент. Институты ЕС претворяют в жизнь принципы коллективной ответственности, презумпцию вины и дискриминации по мотивам национальности и политических взглядов, пытаясь обвинить и наказать всех граждан России за происходящее на Украине.